ИИ-суверенитет от «Росатома»: как платформа «Когнитрон» защитит российские технологии
Об уникальности отечественной разработки, ее надежности и готовности бизнеса к запуску закрытых нейросетей рассказал эксперт НИУ ВШЭ Мурат Хажгериев.
Корпорация «Росатом» разработала и вывела на рынок платформу «Когнитрон». Она представляет собой систему, которая позволяет создавать умных помощников для юристов, закупщиков и инженеров или так называемых цифровых ИИ–агентов. Фактически была создана нейросеть, работающая в закрытом контуре. Поскольку она отключена от интернета, ее практически невозможно взломать извне или удаленно заблокировать. Однако хватит ли российским предприятиям вычислительных мощностей для таких систем?
Он добавил, что основной вызов сегодня заключается не столько в вычислительных мощностях, сколько в доступе к наиболее передовым моделям. По словам специалиста, в настоящее время сильнейшие open–source решения разрабатываются преимущественно в Китае. Ярким примером тому служит стремительный взлет моделей семейства DeepSeek. Однако есть риск, что доступ к ним со временем станет более ограниченным. Тогда компаниям придется использовать модели предыдущего поколения или российские разработки, которые хоть и активно развиваются, но пока в среднем отстают от мировых лидеров. В то же время эксперт настроен оптимистично.
Автономное развитие моделей
Однако внедрение такой платформы создает фундаментальный парадокс – мировые технологии совершенствуются в том числе потому, что ежесекундно впитывают гигантские объемы данных из глобальной Сети. Сможет ли искусственный интеллект полноценно развиваться, если он окажется в полной изоляции? Ведь закрытый продукт «Росатома», запертый внутри корпоративных серверов, видит только внутренние инструкции, регламенты и отчеты госкорпорации. А обычный ИИ (к примеру, ChatGPT, Claude или Grok, черпающий данные из соцсетей в реальном времени) вбирает знания из миллионов мировых научных статей, книг и кодов. В итоге возникает риск, что, анализируя одни и те же документы по кругу, нейросеть начнет выдавать системные ошибки. ИИ не сможет создать принципиально новое знание, поскольку ему будет просто неоткуда его взять.
По его словам, сегодня адаптация под конкретный бизнес все чаще достигается качественным управлением контекстом – корпоративной базой знаний, содержащей документы, инструкции, изображения, схемы и другие материалы. Фактически главным активом компании становится уже не сама языковая модель, а качественно организованная база знаний. Основная задача – поддерживать ее в актуальном состоянии.
Как же обновлять «мозги» в изоляции?
Нейросеть невозможно создать с нуля в пустом бункере. Схема стандартная – для начала «базовое ядро» ИИ обучают на открытых мировых базах данных, а после этого его изолируют и заставляют учить специфику атомных предприятий. При этом обновления из внешнего мира внутрь заносятся в виде безопасных пакетов данных, проверенных аналитиками. Делается это все «вручную». Однако закрытый контур предписывает «Росатому» держать все серверы у себя под замком.
Защита от шпионажа или перестраховка?
Проект «Росатома» амбициозный, но спорный. Нет четкого ответа на вопрос, чего в нем больше – реальной эффективности или простой перестраховки. Учитывая специфику атомной отрасли, очевидно, что давать искусственному интеллекту доступ к чертежам ядерных реакторов или графикам работы АЭС через открытый интернет опасно.
Он пояснил, что даже если модель не имеет прямого доступа в Сеть, потенциальные риски могут возникать через цепочки косвенных действий, взаимодействие с пользователями, импорт файлов или другие элементы инфраструктуры.
По его словам, проекты по созданию защищенных корпоративных ИИ–систем имеют практический смысл. Но рассчитывать только на отсутствие доступа к интернету не стоит. «Безопасность должна строиться как комплексная система, включающая современные средства защиты, регулярный контроль, качественную инфраструктуру и соблюдение правил работы с корпоративными данными», – резюмировал Хажгериев.
В целом закрытый ИИ от «Росатома» может существовать и развиваться без интернета, однако важно учитывать, что в таком случае речь идет не об универсальном «сверхразуме», а о специализированном цифровом инструменте. И от того, насколько качественные и умные задачи перед ним поставят сами люди, будет зависеть его эволюция.
