Тамбовский вектор: КРЭТ запускает строительство комплекса по выпуску навигационных систем для самолётов
На тамбовском предприятии «Электроприбор» создаётся крупный комплекс по выпуску бесплатформенных инерциальных систем для МС-21 и «Суперджет».
Представим ситуацию: самолёт заходит на посадку в густом тумане, над ним — глушилки спутникового сигнала, а вокруг — ни одного радиомаяка. В такой момент пилот надеется не на «картинку» из космоса, а на то, что спрятано глубоко в фюзеляже. На маленький лазерный луч, бегающий по зеркалам. Это — сердце бесплатформенной инерциальной навигационной системы (БИНС). И теперь эти сердца будут делать в Тамбове.
Так на тамбовском заводе «Электроприбор» (входит в КРЭТ Ростеха) официально стартовало строительство огромного цеха — более 12 тысяч квадратных метров чистой high-tech мощи.
В церемонии закладки камня приняли участие глава Тамбовской области Евгений Первышов, заместитель генерального директора по технологическому развитию концерна КРЭТ Сергей Батин и генеральный директор предприятия «Электроприбор» Алексей Слугин. Источник: официальный сайт Госкорпорации Ростех.
Анатомия полёта
Под одной крышей соберут почти 200 единиц оборудования. Это не просто станки, это целая экосистема для производства лазерных гироскопов — устройств, которые чувствуют вращение Земли. Они позволяют самолёту понимать своё положение в пространстве без всякой связи с «внешним миром».
Представим себе треугольник или кольцо из зеркал, по которому в разные стороны бегут два лазерных луча. Если прибор неподвижен, они бегут одинаково. Если вращается, частота лучей меняется. Улавливая эту разницу, гироскоп понимает, на какой угол повернулся самолёт. Никаких движущихся частей, никакой тряски — только оптика и физика. Этот сигнал поступает в инерциальный блок (БИНС). Это мозг, который смешивает данные с гироскопов и акселерометров, отсеивает шумы и выдаёт пилоту (и автопилоту) идеально точную картину: где нос, где хвост, куда летим и с какой скоростью.
И самое главное: для работы не нужны спутники. Даже без GPS или ГЛОНАСС, система не ослепнет. Для авиации это — вопрос выживания. На МС-21, «Суперджете», Ил-114-300, Ту-214 и Ил-96 такие системы будут теперь свои. Российские.
От лабораторного стола до заводского цеха
Научная база в России всегда была мощной: инженеры писали толстые диссертации по БИНС, когда на Западе только начинали коммерциализацию. Но одно дело — лабораторный образец, и совсем другое — серийный, надёжный прибор, который не боится вибраций и перепадов температур. Совсем недавно рынок напоминал лоскутное одеяло. Отдельные команды работали над важными технологиями, но часто — штучно или малыми сериями.
Затем отечественные компании стали заложниками импорта. Да, корпус самолёта могли красить в Комсомольске-на-Амуре, крылья клеить в Воронеже, но вот высокоточные датчики, гироскопы — это всё уходило на закупку у тех же Honeywell или Northrop Grumman. Отраслевые эксперты не раз писали о критической зависимости, особенно в сегменте БПЛА и сложной авионики. Каждый такой чип, каждый лазерный блок был не просто деталью, а политическим инструментом в руках поставщика.
Парадокс, но именно в момент, когда Россия решила уходить в собственное производство, мировой рынок ИНС (инерциальных навигационных систем) пошёл в крутой пик. Аналитика «The business research company» и других агентств показывает рост до 2030 года. Спрос на автономную навигацию растёт во всём мире: беспилотники, морские суда, высокоточная техника. То есть проект «Электроприбора» попадает в волну.
Стекло, луч, экспорт
Проект разбит на этапы, и прогнозы здесь довольно чёткие. До 2027 года планируется запуск цеха и выход на проектную мощность. Это, кстати, даёт 500 новых рабочих мест. Для Тамбова это не просто цифры, а смена статуса: из провинциального центра в инженерную столицу авиационной навигации. Так вот до 2027 года конвейер должен начать штамповать системы лайнеров, которые так ждут «Аэрофлот» и другие перевозчики. Главная задача — закрыть внутренний спрос и обеспечить послепродажное обслуживание.
Далее, если всё пойдёт по плану, начнётся постепенное наращивание объёмов. Но самое интересное — экспорт. Аналитики прогнозируют, что к 2030 году можно выйти на десятки, а к 2035 — на сотни экспортных БИНС в год. Это могут быть поставки не только в составе самолётов, но и как отдельных модулей для беспилотников, вертолётов или даже морских платформ.
К 2035 году долю российских компонентов в этих системах планируют довести до 90-95%. Это значит, что кооперационные цепочки замкнутся внутри страны: от лазерного стекла до финальной калибровки.
Конечно, риски есть. Санкции на станки и микроэлектронику никто не отменял, да и логистика сейчас — как минное поле. Но ставка сделана. Тамбовский «Электроприбор» становится символом нового технологического курса: «глаза» для своих самолётов Россия делает сама.
