Тепло недр на службе российской экономики

К 2050 году мировая геотермальная энергетика может достичь 800 ГВт мощности с выработкой около 6 тыс. ТВт·ч в год — это сопоставимо с текущим энергопотреблением США и Индии вместе взятых. Для России эта тема особенно актуальна.

В отличие от многих других стран, Россия не начинает внедрение геотермальной энергетики с нуля: к настоящему времени на Камчатке уже успешно эксплуатируются три геотермальные станции: Мутновская ГеоЭС‑1 (50 МВт), Верхне‑Мутновская ГеоЭС (12 МВт) и Паужетская ГеоЭС (12 МВт).

По данным отраслевых источников, доля геотермальных электростанций в структуре генерации региона достигает около 25%, а суммарная доля возобновляемых источников энергии (ВИЭ) превышает 45%. Это доказывает, что геотермия для России — не теоретическая концепция, а реальный инструмент снижения зависимости от привозного топлива. Особенно это важно для изолированных энергосистем, где доставка мазута и дизеля обходится крайне дорого.

От Камчатки к новым регионам

Главный вывод для России: геотермальная энергетика перспективна не как универсальная замена всей энергосистемы, а как стратегическое решение для территорий с подходящей ресурсной базой. Камчатка уже стала пилотным полигоном — здесь РусГидро и партнёры продвигают новые проекты, включая Мутновскую ГеоЭС‑2 мощностью 66,5 МВт и бинарный энергоблок 16,5 МВт.

Развитие геотермии даст дополнительные возможности и для других отраслей. В нефтегазовой промышленности компетенции в области глубокого бурения, трубной продукции и подземной геологии можно частично будет конвертировать в новый энергетический сегмент. В машиностроении рост геотермальных проектов повысит спрос на турбинное, теплообменное и насосное оборудование. Для ЖКХ и теплоснабжения геотермия ценна как непрерывный источник тепла для зданий и теплосетей, особенно в северных регионах. Кроме того, стабильное тепло и энергия рядом с местом производства важны для рыбопереработки, теплиц и других энергоёмких производств пищевой промышленности и агросектора.

При этом развитие отрасли сдерживают высокая капиталоёмкость, зависимость от геологоразведки и успеха бурения. Поэтому наиболее реалистичен сценарий поступательного роста на ограниченном числе территорий, а не быстрый общенациональный бум.

Шаги к масштабированию

Геотермальная энергетика в России поступательно развивается в течение ряда лет.

Так, еще в 2021–2023 годах было подтверждено, что действующие станции на Камчатке имеют не экспериментальный, а промышленный статус. В апреле 2024 года завершилось технико-экономическое обоснование Мутновской ГеоЭС‑2, что обозначило планы по расширению установленной мощности. В декабре 2024 года Международное энергетическое агентство выпустило доклад The Future of Geothermal Energy, усиливший интерес к теме в мировой повестке.

А совсем недавно, в октябре 2025 года РусГидро, «Зарубежнефть» и правительство Камчатского края подписали соглашение о развитии геотермальной энергетики, центральным проектом которого стала Мутновская ГеоЭС‑2. Все эти события показывают, что отрасль переходит от обсуждения технологии к реальным инвестиционным проектам.

Нишевый рост с системным эффектом

До 2035 года геотермальная энергетика даст максимальный эффект тем секторам, где энергия и тепло — факторы выживания и конкурентоспособности. Согласно наиболее вероятному сценарию, Россия не станет мировым лидером по установленной геотермальной мощности в абсолютных значениях, однако укрепит позиции в нишевом, стратегически важном сегменте — генерации для удалённых территорий.

Камчатка, вероятно, останется главным полигоном отрасли, а проекты вокруг Мутновского месторождения станут индикатором того, сможет ли геотермия выйти за рамки региональной специализации.

Для россиян это означает более устойчивое энергоснабжение и сдерживание роста тарифов в изолированных энергосистемах на отдаленных территориях. Для экономики — формирование нового рынка буровых, турбинных и теплообменных решений, снижение зависимости от импортного оборудования и укрепление технологического суверенитета в энергетике.

Геотермия для России — это не массовая замена традиционной энергетике, а умная ставка на энергонезависимость сложных регионов и формирование нового промышленного контура вокруг тепла недр. И главное — этот тезис уже подтверждён практикой действующих российских ГеоЭС.